Заметки о лайках уральского охотника

Ф.Ф.Крестников

Охота с лайкой — редко спорт и забава,
это в большинстве тяжелая работа.
Лайка — это чисто народная охотничья собака
.

 Часть 1. Из истории породы.

Мои наблюдения.
Тридцать лет тому назад я впервые увидал у промышленника деревни Палкино Свердловского округа, Митрофана Романовича Кузьмина, его лаек на охоте за глухарями и белками. Собаки оказались хорошими, охоты с ними очень удачными, и лайки меня очень заинтересовали. Вскоре я завел своих лаек, и с тех пор они у меня не переводились.
По службе мне пришлось порядочно поколесить по Уралу: от вершины Лозьвы, Печеры и Северной Сосьвы и кончая заводами Южного Урала. Приехав в какое-либо селение, я расспрашивал местных охотников об их собаках и всегда находил время сходить к владельцам хороших лаек для осмотра их.

О работе собак старался получить сведения не только от их владельцев, но главным образом от посторонних охотников, памятуя, что хозяева часто бывают пристрастны в своих суждениях. Мне много пришлось охотиться со своими лайками, с собаками многих промышленников Урала в условиях настоящей промысловой охоты, и я всегда с особым интересом наблюдал работу четвероногих в лесу.
Тридцатилетний стаж охоты с лайками дал мне известный опыт и знания, которыми я считаю полезным поделиться с охотниками, тем более что о лайках и охоте с ними в охотничьей литературе написано хоть и много, но не все правдоподобно.

Происхождение лайки.
Северная промысловая собака, известная в охотничьей литературе под названием лайки, а среди промышленников — «русской» или «простой породы»
, по определению исследователей этой собаки, произошла, по предположениям, от какой-то дикой северной собаки с помесью: в одном случае с волком, а в другом — лисицей и песцом. Если существовала когда-либо северная дикая собака, то, вероятно, она очень напоминала собою своих ближайших родичей — волка и лисицу.

Поэтому типичная лайка должна иметь все существенные признаки этих зверей — как в строении черепа, туловища, конечностей, так и в окрасе, качестве и расположении псовины, которая у лайки состоит с октября по май месяц из грубоватой шерсти и очень мягкого обильного подшерстка. Соответственно своему происхождению, рост лайки допускает колебания от роста лисицы до роста крупного лесного волка.

В охотничьей литературе около тридцати лет тому назад уже было отмечено быстрое вырождение лаек от смешения с другими породами. Появились ублюдки с полу-висячими ушами, часто высоких полевых достоинств, причем последние настолько подкупали как владельцев, так и охотников, видавших их на работе в лесу, что многие стали утверждать, что существует порода лаек чуть не с висячими ушами. Ведь каждый охотник склонен свою собаку считать если не кровной, то очень породистой.
Это уже ересь. Лайка есть зверовидная собака со стоячими ушами, и чем больше она напоминает своим видом волка или лисицу, тем лучше.
В этом направлении я считаю опыты с обновлением крови исчезающего типа северной промысловой собаки с волком и лисицей крайне интересными. Необходимо только подобрать типичную лайку высоких полевых качеств и кроткого характера.

В охотничьей литературе уже отмечены несколько опытов скрещивания волка с гончими. Опыты были удачны. Про попытки же скрещиванья с лайкой, которая ближе всего подходит к волку, ничего не слышно. Объясняю это только тем, что интеллигентные охотники сравнительно мало интересовались породой лаек.

Лайки на Урале.

Агат 5203/04 облаивает глухаря

20—25 лет тому назад в любом уральском селении можно было встретить недурных лаек, к северу же от Кушвинского завода попадались иногда лайки очень типичные, редкой оригинальной красоты. К северу от села Никито-Ивдельского у кочевых и оседлых инородцев: зырян на западном склоне Урала и остяков по границе бывших Верхотурского и Березовского уездов были вполне типичные собаки, уже описанные в охотничьей литературе и известные под названием зырянских, вогульских и остяцких лаек.

Уральские лайки в большинстве явились продуктом смешения этих пород.
С развитием на Урале золото-и платинопромышленности на север стали проникать разведочные партии, имевшие часто при себе собак в виде всевозможных ублюдков, которые поработали на пользу отечественному собаководству и обогатили северный Урал породой собак, именуемой «надворными советниками».
Условия для разведения этой породы были самые благоприятные. Дело в том, что ни охотники-инородцы, ни русские промышленники северного Урала не ведут породы своих промысловых собак, считая, что если сука хороша, то и дети не будут плохи, а кобель тут, какой бы он ни был, никакой роли не играет.

Кроме того, хорошие кобеля охотниками севера кастрируются во избежание потери их на промысле, когда одна пустующая сука может сманить нескольких кобелей.
Уже в годы европейской войны по селениям Урала и Приуралья типичные лайки стали встречаться все реже и реже. Во время же голодовки 1920—1922 гг. массу собак уничтожили из-за невозможности прокормить. С грустью приходится констатировать, что от многочисленных представителей этой чудной породы собак остались лишь жалкие остатки у самых крепких заядлых охотников-промышленников.

Федор КРЕСТНИКОВ, 1925 год.