Слово об охоте.

Седьмой десяток лет, из них почти 40, профессионально посвящённых охоте, наводят на размышления, зачастую не очень оптимистичные. Возникает желание поделиться не воспоминаниями, а раздумьями на тему: кто же мы такие, откуда и куда движемся. Эти заметки могут быть полезны для молодёжи, едва встающей на охотничью тропу, и ровесников и коллег как повод возражений и споров, в которых, как известно, рождается истина.

Итак, кто мы такие? Издавна спорили, кого считать настоящим охотником: того, кто стреляет из-под легавой собаки болотную дичь, вальдшнепа на тяге и лишь изредка «марает стволы об утку», или того, кто в любое разрешённое время без устали преследует всё бегущее, летящее, плывущее.  Речь не шла и не идёт об охотниках-профессионалах, занимающихся тяжёлым и не всегда благодарным трудом; мы говорим о спортивной охоте. Что же наблюдается сейчас? Умирание охоты как спорта, отдыха, общения с природой и расцвет материального (шкурного, мясного, денежного) интереса, а подчас и просто охотничий бандитизм. Что заставляет людей обеспеченных и чиновных ехать на своих или персональных машинах на ночное истребление зайцев и кабанов, страсть к охоте? Вряд ли. Общение с природой? Сомнительно. Стимулом стал делёж добытого мяса.

Всё реже можно услышать голоса гончих. В Красную книгу пора заносить рабочих, не дипломированных, а именно рабочих легавых собак. Куда как заманчивей стало выдирать из норы лисицу или енотовидную собаку, цены-то на «чёрном рынке» не падают; не промазать по столпившимся под вышкой кабанам, голод не тётка, в них хоть снежками кидайся, хоть свети фонарём, чуть отскочат и опять зачавкают. Или вот ещё съездить на коллективную охоту на лося, где прозвучат один-два выстрела, потом 10 человек делят добычу.

Ретроспективный взгляд показывает, что спортивная охота во все времена была связана с социальными и экономическими условиями, не последнюю роль играл и моральный фактор. Перемены в этих областях форсировали и перемены способов охоты, влияли на социальный состав охотников. Ещё с допетровских времён была широко распространена охота с ловчими птицами – достояние царского двора и высшей знати. Среднего сословия тогда ещё не было, крестьянину-охотнику этот вид охоты был не по карману, он поставлял дичь к барскому столу, добывая её при помощи чисто промысловых орудий.

Обстановка  изменилась в связи с политикой Екатерины II, давшей значительные льготы и привилегии дворянству. Расцветает псовая охота, соколиная постепенно отходит. В зависимости от достатка появляются псари, подобные троекуровским, наряду с ними успешно развиваются и «мелкотравчатые» с одной сворой борзых и двумя-тремя смычками гончих. Спрос рождает предложение: вместо лихих сокольников появились Феопены и Данилы. Работа с ловчими птицами в центральной России заканчивается: стареют и уходят кадры, исчезают ловчие птицы. Наступает время борзых и гончих, у которых ценится не столько чутьё и мастерство, сколько голоса и ровность ног. Большое число собак в одних руках позволило активно вести селекцию, браковать всё, что не отвечает требованиям охоты и моды.

Освобождение крестьян при отмене крепостного права, образование разночинной интеллигенции, далеко не столь состоятельной, как помещики, привели к тому, что на смену толстовским Ростовым приходят Левин и Облонский, литературных Феопенов и Данил сменяют реальные династии псковичей Зуевых, Левошкиных, Алексеевых, Егоровых, закончившиеся лишь в наши дни. Началось умирание как породы борзых, агонизирующих и сейчас в виде декоративных собак. Резко изменились требования к гончим: не выставлять из острова выводок волков, а гнать до убоя зайца или лисицу, и не стаей, а в одиночку, в лучшем случае смычком. Отсюда повышение требований к мастерству и вязкости некоторое пренебрежение голосами (на что и сейчас сетуют наши гончатники); имея одну-две собаки, придраться к октавам, диезам и бемолям не приходится. Начался бурный рост числа легавых, как по количеству, так и по породам.

Развитие промышленности и рост городского населения привели к тому, что гончие и гончатники остались преимущественно в сельской местности, а любители легавых сконцентрировались в городах. Промышленность в то время ещё не наложила современного отпечатка на состояние угодий, а система сельского хозяйства способствовала процветанию русака, серой куропатки и других видов полевой дичи.

Революция 17-го года, изменившая весь жизненный уклад общества, изменила и условия охоты. Здесь очевидно, не следует напоминать об истории охоты в СССР, отметим лишь, что в послереволюционный период в охотничьем деле были достигнуты значительные успехи, способы и объекты охоты не изменились.

В послевоенный период, близкий ныне живущему поколению, значительно увеличилось население, в первую очередь городское. Новые системы ведения сельского и лесного хозяйств, бурный рост промышленности и необратимые изменения природы не могли не повлиять на численность и видовой состав животных. К тому же социальный фактор – достаток, свободное время, наличие транспорта позволили заниматься охотой большому числу людей, ни культурно, ни морально не подготовленных к столь ответственному делу. Всё изложенное и привело к тому состоянию спортивной охоты, которое мы наблюдаем сегодня. Попытаемся его проанализировать.

Состояние животного мира нельзя рассматривать в отрыве от общих проблем охраны природы. Не будем анализировать последствия больших и малых экологических трагедий, начиная с Арала и Чернобыля и кончая аварийными сбросами нефтепродуктов, сливов из отстойников в реки. Возьмём регионы «благополучные», где пока ещё не лысеют дети, без опаски можно дышать, пить воду и купаться в водоёмах. И даже здесь механизация, интенсификация и химизация сельского хозяйства привели к исчезновению или резкому сокращению численности полевой дичи. Массовое применение рубок главного пользования и подсочки в сосняках сократили численность глухаря. И, тем не менее, именно глухарь оказывается устойчивее других видов куриных, существуя в низкобонитетных  и моховых болотах, не представляющих интереса для лесозаготовителей и любителей прогулок. Хуже обстоит дело с тетеревом и другими, наземно гнездящимися птицами. В местах гнездования им нет покоя с весны до осени. Выпас скота, потом сенокос по полянам, вырубкам и мелколесью, нашествие людей с появлением ландышей, земляники, брусники, малины, грибов не дают вывести и вырастить молодняк. Осенью уцелевшие птенцы вылетают на поля со всем набором химических удобрений и средств защиты растений, питаются протравленными семенами, погибшими от инсектицидов насекомыми и сами гибнут.

Не лучше ситуация с водными и болотными угодьями. Из-за бурной деятельности Минводхоза богатейшие пойменные луга, дававшие основной запас сена, превращены либо в безжизненные сине-зелёные мелководья, либо в выбитые скотом «окультуренные» пастбища, на которых для их «мелиорации» ежегодно рассыпают химудобрения. В этих условиях и болотной дичи и утке уцелеть трудно. И, тем не менее, утки всё же держатся, гнездясь в дуплах и глухих лесных болотах, выводя на загаженные водоёмы малочисленных утят.

Как ни горько с этим соглашаться, но охота на болотную и боровую дичь, так же как на перепела и куропатку, умирает, сколько бы ни делали галечников, порхалищ и подкормочных точек. Если птицам негде жить и выводить потомство, их не станет. Разумеется, там, где эти виды ещё существуют, они какое-то время останутся объектами охоты. А как долго – зависит во многом от нас. Здесь уместен весь комплекс воспроизводственных и охранных мероприятий, надеюсь, общеизвестный. Не надо только злоупотреблять запретами, наивно полагая, что если урожай не убирать, то на будущий год он удвоится. Сейчас ясно, что не ружьё лимитирует число дичи, я говорю о ружье в руках грамотного и дисциплинированного охотника.

Послевоенная вспышка численности лося пошла на убыль, но существование зверя пока опасений не вызывает. Беды Нечерноземья, умирание «неперспективных» деревень: огромные площади полей, кормившие Россию, превратились в лосиные угодья. Безобразная уборка и хранение сельскохозяйственных продуктов – зерна, корнеплодов, картофеля – обеспечили рост численности кабана и распространение этого зверя далеко за пределы его естественного ареала. Этому же способствовали и изменения климата, в частности ряд тёплых и малоснежных зим.

Олень, косуля, кабаны – дело рук человеческих. Наших с вами охотничьих рук. Более того во многих местах пора уже устанавливать не нижний предел, а верхний предел численности кабана, как это делают во многих странах. Запасы этого зверя не осваиваются, ущерб, наносимый им сельскому, лесному и охотничьему хозяйствам, становится всё более ощутимым.

Сказались на запасах дичи и усилия охотничьих организаций. Наряду с брошенными на ветер средствами на расселение русака, бородатой куропатки и ряда других видов несомненный успех принесли работы по расселению марала, благородного и пятнистого оленей, местами косули. Очень большую роль сыграли созданные в конце 50-х годов государственные лесоохотничьи хозяйства, ряд высокоорганизованных хозяйств ВВОО, Росохотрыболовсоюза и других организаций. Они не только показывают, чего можно добиться даже в этих всё ухудшающихся условиях, но и обеспечивают расселение зверей в окружающие угодья.

Произошли изменения и в собаководстве. Уменьшается количество гончих (как и во всей Европе), плохи дела у легавых, хотя численность их ещё сохраняется. Небывало популярными стали собаки-добытчики: лайки и норные, особенно ягдтерьеры. Это говорит об изменениях интересов охотников, о росте в наших рядах числа людей, рассматривающих охоту в первую очередь, как источник дохода.

Общий рост преступности в стране не обошёл и эту отрасль. Несмотря на активную борьбу с браконьерством, оно процветает и принимает всё более изощрённые формы. В дело идут новейшие транспортные средства, включая вертолёты, осветительные приборы и устройства ночного видения. Браконьерство принимает всё более организованный характер. Изменившаяся ситуация требует некоторых социально-экономических мер. Очевидно, пора в России резко увеличить сумму членских взносов, как недавно сделано в Белоруссии и давно практикуется во многих странах с развитым охотничьим хозяйством. Не только возможность обществ охотников вкладывать больше средств в ведение хозяйства главное: средства сейчас можно получить и иными путями. Главная задача – избавиться от балласта, от тех, для кого охота  - случайное, модное занятие или, что ещё хуже, источник наживы, а не истинная страсть, потребность, хобби. Смешно сказать, что право охоты на год равно стоимости бутылки водки. Для настоящего охотника, содержащего в городе собаку в течение многих лет ради зачастую нескольких дней охоты, тратящего немалые деньги и на дорогу, и на путёвки и лицензии, и на натаску собаки, увеличение членских взносов в два-три раза препятствием не будет. А вот случайных людей в нашей семье, может, и поубавится.

Думаю, что эта плата должна быть дифференцированной. Студенты, инвалиды, ветераны, пенсионеры, солдаты должны вносить чисто символическую сумму.

С экономическими же мерками следует подходить и к борьбе с браконьерством. Надо сделать так, чтобы ловить браконьеров было выгодней, чем само браконьерство. А для этого следует увеличить суммы штрафов и исков,  а отчисления от них – пользу задержавшего, процентов до 90. И пусть хапуги охотятся друг на друга, оставив в покое зверей и птиц.

Вот такой, не очень оптимистический итог «ума холодных наблюдений и сердца горестных замет». Эти заметки не охватывают всего комплекса проблем, во многом не однозначных и не бесспорных. Объём журнальной статьи не позволяет затронуть все беды нашей многострадальной отрасли. Кто руководит ею? Да кто угодно, кроме специалистов, которых остро не хватает. Чаще всего это люди по своей прошлой гражданской или военной деятельности, но абсолютно невинные в специальных вопросах. А кадры низового звена? За отсутствием спроса вымерли, как динозавры, династии егерей-профессионалов. В хозяйства приходят случайные люди, по тем или иным причинам не прижившиеся на другой работе. А правовое положение охоты, в общей системе природопользования? А проблема научно-технического и стратегического управления отраслью в масштабах страны?

Если к этому добавить и букет проблем промысловой охоты, станет ясен объём предстоящей работы. Давайте вместе подумаем, если надо, то и поспорим. Может быть сопоставленные мнения приведут к разумным предложениям, помогут наладить наше общее дело – спортивную охоту.

А.Рыковский, биолог-охотовед.

Журнал «Охота и охотничье хозяйство» №1 за 1990 год.