Пловец.

На третий день пребывания в Садках мы отправились к Малому Кирпильскому лиману. Наш «Москвич» неторопливо бежал по едва приметной дороге, ведущей вглубь плавней. Море камыша шумело налетающего ветерка. Раскалённое солнце уже пошло на вторую половину дня. В лобовое стекло машины хорошо был виден зелёно-голубой горизонт, казавшийся в дрожащей дымке таким близким. «Москвич» свернул налево, и через несколько минут мы оказались вблизи притихшего лимана.
Первым из машины выскочил плотный и мускулистый Юрий Хаджи. Он снял рубашку и молодцевато раскинул руки, раза три присел, разминая мышцы, затем направился к берегу. Не прошло и пяти минут, как из-за камышовой стены, донёсся призыв: Скорей, сюда…
Мы бросились на зов товарища. На открытой воде, метрах в пятнадцати, увидели необычного пловца, державшего курс к той стороне пологого берега, где начинался зелёный кустарник.
- Смотрите, как знатно плавает, - тихо проговорил Хаджи. На наше присутствие кабан почти не реагировал. Его продолговатая морда была приподнята. Навострённые уши то поднимались, то опускались. Пловец изредка бросал косой взгляд на наш берег.
Необычный пловец строго придерживался своего маршрута, казалось, случись на пути преграда, он не свернёт, а пойдёт на пролом. Возможно, животное проплывало здесь уже не первый раз, потому и уверенность такая?!
Кабан тяжело выбрался на берег. Бока его то подымались, то западали, из приоткрытой пасти стекала слюна. Видно, преодоление водной преграды досталось ему нелегко.
Передохнув, кабан отряхнулся, посмотрел в нашу сторону и тут же скрылся в порослях ивняка. Потом до нас долетел удаляющийся треск сухих веток, погасших в глубине зарослей.
Вечерние сумерки сгущались. Из зарослей тянуло болотной сыростью. Камыш из розово-зелёного становился тёмно-голубым. Вокруг звучали голоса ночных птиц, на отмели беззаботно играла большая рыба. На свинцовой поверхности лимана появились отблески взошедшей луны.

И.Аникин. Журнал «Охота и охотничье хозяйство» №8 за 1979.